Совершенно ясно

Совершенно ясно, что самая возможность появления полицейских чинов с оружием среди бесчинствующей толпы совершенно исключена. В такую толпу они не лезли. Если они появлялись среди нее, то только потому, что видели и понимали ее настроение, совершенно безопасное для их личности, и поэтому, не стесняясь „революции», продолжали отправлять свои обязанности „на благо царю и отечеству».

Того же 16-го декабря на ст. Алчевской была получена телеграмма с вывозом боевой дружины в Горловку. Об этом со станции по телефону было сообщено на Донецко-Юрьевский завод, и была поднята тревога паровозными свистками. Когда дружинники собрались, в Горловку были отправлены поезда с вооруженными рабочими и станционными служащими.

17-го декабря оттуда была получена телеграмма о поражении.

Вечером 17-го декабря и днем 18-го декабря ездившие в Горловку вернулись в рассыпную обратно в Алчевскую.

19-го декабря начальник станции сообщил приставу Донецко-Юрьевского завода, что распорядительный комитет перестал существовать, и что он вступил в управление станцией.

20-го декабря станция Алчевская была занята войсками, и начались обыски и аресты.

В ближайшем соседстве со станцией Алчевской расположен большой железоделательный Донецко-Юрьевский завод. На нем происходило приблизительно то же, что и на Петровских заводах, т.-е. здесь после октябрьского манифеста была создана организация из делегатов от рабочих, которые должны были устанавливать отношения с заводоуправлением. По утверждению обвинительного акта, случилось это потому, „что рабочие, соблазненные надеждой улучшить свое материальное положение, подпали под влияние агитаторов. Заводоуправление, которому отлично известны были агитаторы, старалось по мере возможности устранить их вредное влияние» и т. д.

Но до чего лояльно в действительности протекали события на заводе можно судить но следующему случаю: 6-го декабря, в день именин Николая Н-го, после молебна в литейном цехе агитаторы потребовали от священника отслужить панихиду по борцам за свободу. Получив отказ под тем предлогом, что по церковным законам в царские дни панихид служить не полагается, один из агитаторов сказал, что рабочие живут по гражданским законам, и настаивал на своем требовании. Но священник наотрез отказался, и день обошелся одним молебном за здравие Николая Н-го и без панихиды за упокой революционеров.