Разница с Петровским заводами

Разница с Петровским заводами была та, что здесь не было ни революционной ячейки, ни своего вождя, какой был там в лице Ткаченки-Петренки.

8-го декабря делегаты „привезли на завод приезжих агитаторов, которые с этого времени стали открыто призывать к борьбе с правительством и к вооруженному восстанию. Они убеждали рабочих примкнуть ко всеобщей забастовке в виду ее политического значения». Continue reading

Совершенно ясно

Совершенно ясно, что самая возможность появления полицейских чинов с оружием среди бесчинствующей толпы совершенно исключена. В такую толпу они не лезли. Если они появлялись среди нее, то только потому, что видели и понимали ее настроение, совершенно безопасное для их личности, и поэтому, не стесняясь „революции», продолжали отправлять свои обязанности „на благо царю и отечеству». Continue reading

не дремали

Было очевидно также, что не дремали и хулиганы, имевшие за собой соблазнительный опыт октябрьского погрома, оставленного властями безнаказанным. Все настаивали на необходимости запастись оружием и учредить самооборону.

14-го декабря была вновь получена телеграмма с вызовом боевой дружины на станцию Авдеевку, которую будто бы громили казаки. Тревожными гудками паровоза и звонками по телефону с Донецко-Юрьевского завода и из Жиловского рудника были собраны вооруженные рабочие. В двух поездах они отправились в Авдеевку. Continue reading

Документ

Документа, впоследствии его полный текст публикуется (при условии, что его пропустит цензура), но он уже перестает кого-либо интересовать. Когда же цензура задерживает данный текст, то отдельные просочившиеся в печать сведения остаются «без официального подтверждения», а следовательно, не могут рассматриваться как достоверные.

Не менее четко отработан и механизм «утечки информации». В приведенном нами примере с Си-би-эс и «Нью-Йорк тайме» такая утечка была организована (речь шла о том, что ЦРУ «лишило курдских повстанцев поддержки и принесло их в жертву национальным интересам США»). Внимательные наблюдатели отметили, что публикация этих сведений совпала с отстранением Колби от руководства ЦРУ. Continue reading

В кинокартине

В кинокартине «Выборгская сторона» только в трех коротких сценах появляются Ленин и Сталин. Поэтому нельзя искать в этом фильме сколько-нибудь глубокого решения задачи создания образов великих вождей революции. Однако и в этих немногих коротких сценах образы Ленина и Сталина нарисованы с большой теплотой и любовью. Continue reading

Они в первый момент

Они в первый момент, помимо своей воли, стихийно были подхвачены революционной волной и, оказавшись на ее гребне, инстинктивно ощутили свои кровные интересы в революции и нашли в ней свое место. Вершиной роста этих образов, кульминационным пунктом их драматического развития является принятие революции, признание ими нового социального строя.

Иной характер положительного героя рисует автор фильма «Последний маскарад» в образе Мито. Молодой рабочий Мито растет и формируется в руководителя революционного движения не путем преодоления внутренних противоречий своего сознания и психологии, а путем борьбы с внешними препятствиями, встречающимися на его пути. Continue reading

Другое дело

Другое дело, что в рассматриваемом случае, как и едва ли не в любом ином, в фольклорных творениях изначально и с течением времени, в процессе их бытования в изустной передаче, да затем и в письменной фиксации появлялось немало вымышленного, фантастического, символического, мистического и т.п. Иными словами, ценность произведений устного народного творчества не в наличии фактографической конкретики: эта сторона их содержания обычно очень ущербна и уязвима. Не проходили бесследно и столь обычные в Китае «соприкосновения» таких произведений с изящной словесностью, а тем паче — с историописанием, особенно когда произволением «виновников» подобных «соприкосновений» — приверженцев иных общественно-политических и идейных симпатий и антипатий — затрагивались лежавшие в первооснове этих произведений социальные мотивы и устремления: вольнолюбивые начала нередко выхолащивались, пафос борьбы зачастую глушился. Continue reading

побежденные тоже не молчали

Так или иначе, но всегда побежденные тоже не молчали, и, например, картина возглавленной Ван Сяньчжи и Хуан Чао крестьянской войны предстает не только со страниц творений их противника и не только в освещении последнего. Другое дело, что в абсолютном большинстве случаев голос побежденного звучал лишь в устном исполнении — в народных рассказах, преданиях, песнях, прочих детищах фольклора, включая поговорки и пословицы (см., напр. [79; 90; 150; 425, с. 54, 58-59 и др.; 444, с. 12]). Рождался этот фольклор обычно по горячим следам соответствующих событий, под непосредственным впечатлением от них, а безвестные сотворцы подобных сюжетов и профессиональные сказители, число которых как раз тогда стало в Срединном государстве умножаться, разносили их по стране. Такие творения повествовали об участниках крестьянской войны, чаще всего об ее закоперщиках и вожаках Ван Сяньчжи, Шан Цзюнъчжане, Шан Жане, но особенно — о Хуан Чао. Continue reading

Как коллективная память

Как коллективная память народа история распорядилась, однако, совершенно по-другому. Она не только отъединила Хуан Чао от Ань Лушаня, Цинь Цзунцюаня и им подобных, но и отвела им в том прошлом места принципиально разные, в корне противоположные. Continue reading

Хуайчжоу

Хуайчжоу в 867 г., в Шаньчжоу в 869 г. и в Гуанчжоу — в следующем году. Впрочем, в отдельных случаях это были акции с довольно значительным числом участников, как, например, имевшее место во главе с Ши Аем на исходе 850-х годов в сычуаньских областях Жунчжоу, Лучжоу, Цзычжоу (Саньтай) и Тунчжоу (Мяньян) восстание «инородцев» гэлао. Тех самых, у коих «в обычае было любить бунтовать» и при этом объединяться в боевые формирования по несколько тысяч человек в каждом. О количестве повстанцев в данном случае может свидетельствовать тог факт, что при «усмирении» каратели обезглавили одних только «верховодов» свыше 7 десятков [23, цз. 222(3), с. 16992]. Continue reading