Немногочисленной прослойке

Немногочисленной прослойке радикальной молодежи противостоял гигантский репрессивный аппарат самодержавия. Силы были слишком неравны, и в отсутствии массовой поддержки «снизу» слабейшей стороне приходилось изыскивать чрезвычайные средства. Выход виделся в создании крепкой, сплоченной тайной революционной организации, которая превосходила бы своих врагов в дисциплине, убежденности, самоотверженности, искусстве борьбы. Нанося раз за разом чувствительные удары власти, а сама оставаясь неуязвимой, подобная организация в конце концов смогла бы возглавить ожидаемый порыв трудящихся масс.

Нужда в такой организации ощущалась всеми фракциями пореформенного освободительного движения. К созданию «сильной партии», призванной пробудить народ, призывал в своих знаменитых «Исторических письмах» П. Л. Лавров. П. Н. Ткачев с энтузиазмом доказывал в журнале «Набат», что «организованное меньшинство» революционеров имеет серьезные шансы в единоборстве с правительством и при достаточно вялой поначалу поддержке «снизу». Даже анархист М. А. Бакунин не мыслил себе «всеразрушающий народный бунт» без «коллективного Стеньки Разина», под которым он имел в виду «тайную… организацию, сильную своей дисциплиной, страстной преданностью и самоотвержением своих членов и безусловным подчинением каждого всем приказаниям и распоряжениям единого комитета, все знающего и никому не известного» 29.

Эта организация замышлялась российскими деятелями не по образцу европейских политических партий: в России не было условий для буржуазно-демократической политической деятельности, да разночинцы-народники и не хотели ее, а были настроены на осуществление сразу «социальной революции», социализма. Это должна была быть скорее военная организация или боевая дружина, скрепленная железной дисциплиной и принципами единоначалия.