не дремали

Было очевидно также, что не дремали и хулиганы, имевшие за собой соблазнительный опыт октябрьского погрома, оставленного властями безнаказанным. Все настаивали на необходимости запастись оружием и учредить самооборону.

14-го декабря была вновь получена телеграмма с вызовом боевой дружины на станцию Авдеевку, которую будто бы громили казаки. Тревожными гудками паровоза и звонками по телефону с Донецко-Юрьевского завода и из Жиловского рудника были собраны вооруженные рабочие. В двух поездах они отправились в Авдеевку. В тот же день, в 6 часов вечера, было получено известие, что дружинники „возвращаются с победой». Когда они приехали, их приветствовали криками. Настроение, которое создано было этим событием, обвинительный акт охарактеризовал следующими словами: „польщенные встречей и выражением сочувствия, дружинники тогда же на станции рассказывали, что в Авдеевке они разбили казаков и драгун и обезоружили сдавшихся, и что в Ясиноватой им сдалась рота солдат с пулеметами, при чем ротный командир был убит, а труп его выброшен и валяется на станции; там же они отобрали у солдат три ружья и боевые патроны. По словам дружинников, из Екатеринослава на помощь забастовщикам идут два полка, перешедших на сторону восставшего народа, генерал Трепов убит, комитет министров в плену, граф Витте выехал за границу, а государь император — в Москву».

Под влиянием этих толков», — говорилось в обвинительном акте, — „ни кем не сдерживаемая и поощряемая агитаторами, толпа стала бесчинствовать. К ней присоединились крестьяне из соседних деревень, которые постоянно толклись на станции».

По этому описанию можно подумать, что день 14-го декабря и следующие на ст. Алчевской были временем буйного торжества революции, что тут совершались какие-то расправы над представителями старого строя. В действительности же ничего подобного не было.

Как пример бесчинства, обвинительный акт указывал, что 16-го декабря на ст. Алчевской были разоружены 8 прибывших с поездом казаков. От них потребовали выдачи оружия на основании распоряжения стачечного комитета. Казаки заявили, что оружия у них нет. Тогда их повели в контору станции для объяснений с комитетом, а в их отсутствие в остававшихся в вагоне мешках были найдены 2 ружья и 6 шашек, которые и были взяты.